Регистрация и авторизация через Вконтакте Авторизация через Одноклассники
БобруйскРегистрация Забыли пароль? почта БобруйскПочта


    Подписаться на наши новости

    Введите свой e-mail адрес:

    Будь в курсе новостей родного города!­­­­­

    23 июня 2017
    И все-таки его закроют Просмотров: 7234

     
     

    17 марта 2017
    Версия для печати
      Просмотров: 3688

    Цель декрета о тунеядцах — попытаться загнать народ на рабочие места с мизерной зарплатой

     Цель декрета о тунеядцах — попытаться загнать народ на рабочие места с мизерной зарплатой

    Один из законов Мэрфи гласит: если вы думаете, что дела идут на лад — значит, вы что-то не заметили. Очень подходит к оценкам состояния нашей экономики что правительством, что ИПМ, который активно лоббирует решения, предлагаемые нам МВФ.

     Цель декрета о тунеядцах — попытаться загнать народ на рабочие места с мизерной зарплатой
    Фото: Александр Чугуев, TUT.BY

    Одна стабилизация и два провала

    Действительно, экономика страны демонстрирует тенденцию к стабилизации. Почти стабилен курс доллара. Начали расти прибыли предприятий. Чуть подросла зарплата и доходы населения. Нацбанк начал потихоньку снижать ставку рефинансирования. Предприятия пытаются сократить излишнюю рабочую силу. Но долги и государства, и предприятий продолжают расти, инвестиции продолжают сокращаться.

    Проблема, однако, в том, что стабилизация, в полном соответствии с идеологией МВФ, идет на недопустимо низком уровне. При котором невозможно обеспечить приемлемый (не сильно ниже, чем у соседей) уровень жизни населения. И такая стабилизация не может быть длительной. Поскольку экономической базы под стабилизацией социально-экономической обстановки в стране нет.

    По основным экспортным позициям, где создавалась основная масса рабочих мест, мы проигрываем конкуренцию на основных рынках. Только молоком и деревообработкой перекрыть падение объемов сбыта в машиностроении не получится. Падение цен на почти всю номенклатуру нашего экспорта ситуацию усугубляет. А сокращение российской нефтегазовой подпитки ситуацию обострило до крайности. Поскольку на «нефтяной игле» мы сидели не меньше, чем Россия.

    Провалены два основных направления вывода страны из кризиса: модернизация имеющихся производств и освоение новой экспортной продукции. Основная причина — отказ от проведения более чем назревших структурных реформ и крайний дефицит ресурсов для инвестиций. К тому же архаичная структура экономики отторгала современные технику и технологии, а попытки освоить производство новой, конкурентоспособной продукции на устаревшем оборудовании и имеющихся заводах зачастую обрекали эту продукцию на неконкурентоспособность.

    Накопление в стране с учетом недозаложенной амортизации остается отрицательным. Инвестиции уже несколько лет подряд падают. Даже в исчислении, принятом у нас. Где в инвестиции зачисляют и капвложения в дороги и жилье. И не только. С учетом того, что амортизацию большинство предприятий не закладывают, можно считать, что инвестиций в производство просто нет.

    Без инвестиций модернизация производственного аппарата практически невозможна. А это означает — конкурентоспособность нашей продукции на внешних рынках падает и будет падать. С постепенным падением экспорта, сокращением поступления валюты, дальнейшим сжатием денежной массы.

    В условиях прочно устоявшейся зависимости и производства, и потребления государства и населения от импорта объем экспорта товаров и услуг для экономики имеет решающее значение. Даже формируемый в рублях госбюджет через расходы требует валютного покрытия. Сложившийся уровень экспорта в 28−30 млрд долларов для сбалансированности требует сокращения нынешнего бюджета как минимум на 20%. Только сокращениями в госаппарате этого не добиться.

    Ситуация в экономике страны чрезвычайная. А власть играется в бирюльки пропагандистских мер, призванных разве что имитировать активную деятельность. То «указ о тунеядцах» в условиях массового сокращения рабочих мест придумает, то пообещает ставки по кредитам, доступные для бизнеса, то поставит задачу обеспечить среднюю зарплату в 500 долларов.

    Что касается «декрета о тунеядцах», то цель сей глупости, как представляется, не столько собрать деньги (суммы-то небольшие), сколько попытаться загнать народ на рабочие места с зарплатой на уровне 200 рублей в месяц. Которые даже в условиях безработицы игнорируются. И цель малопочтенная (на такие зарплаты не прожить), и исполнение глупое.

    Между прочим, при выходе из Великой депрессии Ф.Д.Рузвельт пошел на установление по отраслям минимальных почасовых ставок зарплат повыше, чем сложилось на рынке труда. Несмотря на обвинения в недопустимом вмешательстве в рыночные отношения и вызванный повышением зарплат рост увольнений. Мера эта сработала. В нынешний кризис на Западе тоже не допустили снижения зарплат даже при росте безработицы. А мы — допустили.

    Деньги есть, капитала нет

    Что касается ставок по кредитам. В экономике оптимально, если ставки по кредитам несколько ниже средней доходности инвестиций в торговлю и услуги. И, в свою очередь, доходность инвестиций в производство в среднем выше, чем доходность инвестиций в торговлю и услуги. У нас же сегодня в госсекторе чистая прибыль меньше 1% стоимости основных фондов. Чтобы стать возможным источником капитала в сегодняшней структуре экономики ставки по кредиту должны быть нулевые. И валюта должна быть доступна. Что нереально и сейчас, и в будущем.

    Так что нет ничего удивительного, что при общем дефиците средств для вывода страны из кризиса Нацбанк вынужден регулярно откачивать из системы излишнюю ликвидность. Поскольку при существующих ставках спроса на кредиты нет. Мало того, растут депозиты юридических лиц. Нет и проработанных проектов для проектного финансирования. Смягчить ситуацию может жесткая рационализация имеющихся производств. Что может привести к росту прибыли и, соответственно, к росту спроса на кредиты. Но и здесь быстро достигнуть баланса спроса и предложения денег вряд ли удастся: много работы.

    В целом складывается впечатление, что западная система финансирования инвестиций через эмиссионное накачивание банков, которые сами отбирают проекты для финансирования, в сегодняшних условиях Беларуси работать не будет. Стремиться к этому нужно, но сегодня это нереально.

    А поскольку и модернизацию производств, и инвестиции в новые производства все равно проводить придется, избежать эмиссионного инвестирования проектов напрямую вряд ли удастся. Даже несмотря на возможные негативные последствия в потреблении и для бюджета. Но нынешнее качество инвестиционных проектов абсолютно недопустимо. Необходимо наличие независимой квалифицированной экспертизы. Так что здесь вопрос не столько к Нацбанку, сколько к общей системе управления экономикой.

    Абсолютно неуместен тот энтузиазм, с которым власть взялась за внедрение средней зарплаты «по пятьсот». Поскольку зарплата — значительная часть общего потребления в стране, которое не может не зависеть от общих доходов страны.

    Доля денежных доходов населения в нашей стране в ВВП — около 70%, доля оплаты труда в денежных доходах — около 60%, в ВВП — 42%. С небольшими колебаниями от года к году. Наш ВВП — около 50 млрд долларов, и правительство обещает его рост в пределах 2% в год. Реально заработанный фонд оплаты труда сегодня — 21 млрд долларов. Что соответствует максимальной средней зарплате в 388 долларов в месяц.

    При средней зарплате 500 долларов в месяц — численность работающих должна быть не более 3,5 млн человек. Сегодня — около 4,5 млн. Так что обеспечение средней зарплаты в 500 долларов в месяц требует увольнения не менее 1 млн человек при выполнении оставшимися сегодняшнего объема работ. Теоретически это, может, и возможно, но в социальном плане — катастрофа.

    Нужно еще учесть, что для нашего нынешнего технического уровня характерен уровень фонда оплаты труда в себестоимости в 30% (в машиностроении, с колебаниями по отраслям). На современных роботизированных производствах Запада доля фонда оплаты труда в себестоимости не превышает 5%. Так что при модернизации производств современной техникой доля фонда оплаты труда в ВВП будет только падать. С соответствующим снижением потребности в рабочей силе.

    Привычным и неправильным путем

    Конечно, наша власть уже привыкла решать свои проблемы за счет наших детей и внуков: то во внешние долги лезет, то остатки советского наследства проедает. Но опыт 2010−2011 годов однозначно показал: если опять без экономических оснований будет раздут фонд оплаты труда, обвал экономики с девальвациями и остановками производств будет покруче, чем в 2011 году. Поскольку положение в экономике сегодня много хуже. В том числе и потому, что власть ничего не сделала в 2011—2016 гг. для вывода страны из кризиса. Ждала, что «все само рассосется».

    И не стоит ждать мессии, который укажет волшебный способ разрешить все проблемы нашей экономики. На КЭФ-2016 представитель Всемирного банка на вопрос о путях выхода экономики Беларуси из кризиса заявил, что выбор таких путей — продукт очень объемной работы большой группы специалистов. Уж очень запущена у нас ситуация. И специально предостерег от волшебников.

    Так, например, наши либералы верят, что страну может спасти только частный бизнес. Однако любой бизнес, и частный, и государственный, возникает при соединении капитала и труда. А как недавно сообщила одна из наших бизнес-ассоциаций, частный бизнес Беларуси готов за несколько ближайших лет инвестировать в нашу экономику до 500 млн долларов. Своих и привлеченных от инопартнеров. А это — менее 1% от суммы инвестиций, необходимых стране, чтобы выбраться из кризиса. И почти на такую же сумму готов прокредитовать проекты частного бизнеса Всемирный банк.

    Маломощен у нас частный бизнес, и считать, что он самостоятельно в силах что-то решить в нашей экономике — просто наивно. Да и среди частных предприятий немало тех, кто еще менее эффективны, чем государственные. Вся их жизнеспособность опирается исключительно на коррупцию и малость ниш на рынке, неинтересных капиталу покрупнее или госпредприятиям.

    Другое дело, что по опыту Кореи частный бизнес может быть очень эффективен как партнер при реализации крупных проектов. Если проект удается структурировать и выделить для частника отдельные подпрограммы. Но для такой совместной деятельности сегодня нет ни законодательной базы, ни доверия партнеров друг к другу. Закон о частно-государственном партнерстве чиновниками был успешно профанирован и выхолощен, и, в существующем виде основой для партнерства быть не может.

    Так что реальная программа вывода экономики страны из кризиса на траекторию развития может появиться не завтра. Но если не начинать работу над ней сегодня — она появится еще позже и потребует еще больших ресурсов. А уже сегодня можно было бы начинать работу там, где потребность в такой работе уже определилась.

    Нужно срочно организовать орган (комиссию, комитет, управление) по обработке информации о потенциальных рынках сбыта с поиском на них ниш, пригодных для освоения нашими предприятиями.

    Нужно начать рационализацию и структурную перестройку имеющихся производств с выводом их на рентабельность и определением перспектив их развития. Возможно, для части из них потребуются заведомо непосильные для страны инвестиции. При этом определиться в потребности в производствах, способных принять их заказы по аутсорсингу.

    Нужно просмотреть опыт других стран по структуре экономики по отраслям и подотраслям. Например, в Австрии объем швейного производства на душу населения выше, чем у нас. Даже при наличии Китая. А средний размер предприятий — менее 50 работников. В Германии высокотехнологичные малые предприятия в механообработке обслуживают по аутсорсингу и крупные концерны, средние предприятия. Еще и экспортируют. Нужно определиться, какая структура максимально подходит для нас.

    Нужно реализовать переход от управления предприятиями к управлению капиталом. Запустить фирму, которая будет ставить на предприятиях всю систему управления и отчетности.

    Сегодня существенные для развития экономики решения принимаются на трех уровнях: правительства, политического руководства и субъектов хозяйствования. Министерства, концерны, холдинги реально выступают лишь посредниками между предприятиями и правительством.

    На всех трех уровнях — свои горизонты планирования и управления. Правительство (имеется в виду госаппарат), хоть и разрабатывает по требованию какие-то среднесрочные и долгосрочные планы, реально работает в горизонте год-два. И проблемы с наполнением бюджета для них безмерно важнее любых стратегических планов. Которыми они готовы в любой момент пожертвовать.

    Политики в любой стране работают в горизонте от выборов до выборов. То есть — пять лет. И перед выборами им жизненно важно раздать электорату какие-то «пряники». Но ведь «пряники» политики раздают не из своего кармана, средства для них изымаются в реальном секторе. А эти расходы такие большие, что наша экономика их не тянет. Что и доказал 2011 год.

    У субъектов хозяйствования горизонты планирования разные. Да, малые предприятия работают по имеющимся нишам, для них важно «здесь и сейчас». И прежде всего наличие совокупного платежеспособного спроса в их секторе экономики. Но для предприятий покрупнее минимальный горизонт планирования — 10 лет: быстрее инвестиции в мало-мальски серьезное оборудование не окупятся. А работая на дешевом, но устаревшем оборудовании, с китайцами не поконкурируешь.

    Разные горизонты, разные проблемы. Нужно начисто исключить вмешательство чиновников любого ранга в оперативную деятельность предприятий.

    Это — то, что можно было бы сделать сейчас. И готовить программу. Поскольку без страновой стратегии и промышленной политики выбраться из кризиса все равно не удастся.

    Александр Обухович

    Мнение автора может не совпадать с мнением редакции

    TUT.BY


    Пожалуйста, соблюдайте правила комментирования на портале BOBR.by
    comments powered by Disqus

    Транспорт Недвижимость Связь Торговля Власти Медицина Образование Работа
    Транспорт Недвижимость Связь Торговля Власти Медицина Образование Работа

     
    Хостинг в Беларуси - Active TechnologiesХостинг в Беларуси
    Подписка на rss Vkontakte Odnoklassniki Facebook Twitter Instagram YouTube
    215 718 - именно столько уникальных пользователей нас посетило за май 2017 года.
    На основе Google Analytics*