Регистрация и авторизация через Вконтакте Авторизация через Одноклассники
БобруйскРегистрация Забыли пароль? почта БобруйскПочта

    Подписаться на наши новости

    Введите свой e-mail адрес:

    Будь в курсе новостей родного города!­­­­­


    Площадь им. Ленина

    Перейти к видеотрансляции

    31 октября 2007   Просмотров: 971

    Вся правда о мужских неврозах

    Вообще-то считается, что неврозы и истерики – исключительно женская забава. Мол, если что, мужчина стиснет зубы и перетерпит, а нервная дама тут же начнет рыдать и биться в истерике. Не знаю, не знаю... Среди моих приятелей практически все хоть раз падали в пучину депрессии, некоторые с горя уходили в запой, а один близкий друг и вовсе уже два года регулярно ходит к психоаналитику. При этом кореша регулярно над ним посмеиваются, мол, не мужское это дело – валяться на кушетке, рассказывая про эротические сны и детские воспоминания. Меня такие шутки здорово бесят. Ага, конечно, в запой от проблем уходить – очень по-мужски, а пытаться проблемы решить, пусть и с помощью дяди доктора – слабость.

    Сам я попал в больницу из-за работы. Я тогда совсем недавно окончил университет, только-только устроился на первую в своей жизни серьезную должность и очень психовал. Помню, в первые дни мне даже ночью снилась работа, я оказывался внутри каких-то важных бумаг и понимал, что в них серьезные ошибки, а завтра утром текст сдавать заказчику. Я вручную выковыривал из макета огромные черные запятые, взваливал их на плечо и тащил через всё предложение на нужное место. Такой маленький я, такие огромные буквы… Кошмарный сон.

    Через пару месяцев я освоился, стало чуть-чуть полегче, но тут на меня взвалили новый очень важный проект. И за те несколько месяцев, что мы его делали, я попросту перегорел. Когда мы, наконец, его сдали, мне уже ничего не хотелось. Я, как робот, приходил на работу, что-то делал, приходил домой, ел, тупо смотрел в стенку, а потом ложился спать. Сперва тревогу забили друзья, потом коллеги, а потом я и сам понял, что пора что-то менять.

    В поликлинику идти совершенно не хотелось, поэтому я нашел через знакомых какую-то тетеньку-психолога, которая после десятиминутной беседы очень серьезно сказала: «Знаете, я бы советовала Вам срочно лечь в больницу».

    Я запаниковал, потому что решил, что речь идет о психбольнице, где я буду сидеть в «палате № 6» в смирительной рубашке в компании Наполеона, Гитлера и какого-нибудь Рабиндраната Тагора, а огромные шкафоподобные санитары будут кормить меня с ложечки жидкой овсянкой. Оказалось, что все не так страшно, потому что в Москве есть Клиника неврозов, которая больше похожа на санаторий, чем на больницу. Мне даже пришлось немножко помучиться, чтобы добыть туда направление, но, если честно, оно того стоило.

    Не буду кривить душой, таблетки там давали, но большая часть лечебных процедур была исключительно приятной: лечебная гимнастика, лечебный массаж, лечебное плаванье в бассейне и лечебное поливание из душа. Ну и самое главное – тишина и покой.

    С другими пациентами я быстро поладил: все они оказались очень приятными людьми. Особенно я сдружился с аспирантом Алексеем из соседней палаты. У него тоже было нервное расстройство: в больницу он попал за полтора месяца до защиты диссертации. Занимался этнографией и изучал похоронные обряды каких-то кавказских народов. Прямо скажем, не самая жизнеутверждающая тема.

    Мы часто ходили с ним гулять во внутреннем дворе больницы и беседовали на самые разные темы. В какой-то момент мы обратили внимание на то, что только в одном из корпусов клиники окна закрыты решетками. Охранник у ворот объяснил, что туда отправляют самых тяжелых пациентов – суицидников. И решетки на окнах поставили, чтобы у них не было соблазна прыгнуть. Обсуждение трудной доли обитателей закрытого корпуса навело нас на тему самоубийств. И в этот момент аспирант Алексей рассказал самую позитивную историю о попытке суицида, которую я только слышал.

    Дело было давно, тогда Алексей был еще не аспирантом, а школьником. И случилось ему однажды влюбиться в девчонку из соседнего класса. Поначалу все шло хорошо, он провожал ее домой, вместе с другими учениками они ездили в поход и даже жили в одной палатке (правда, в компании еще пяти одноклассников). Словом, отношения были, но сугубо дружеские. Однажды юный Алексей решил переломить ситуацию и признался в своих чувствах. Реакция красавицы была неожиданной. Она его внимательно выслушала и спросила: «И что я должна теперь делать?». А потом добавила, что, вообще-то, ей нужно готовиться к поступлению в институт, а не любви предаваться.

    Алексей понял, что его отвергли. Собрав волю в кулак, он проводил любимую до дома, а на обратном пути стал думать, как жить дальше. По всему выходило, что дальше жить не стоит. С другой стороны, если каждый отверженный начнет кончать жизнь самоубийством, тогда население планеты быстро сократиться. Вот ведь задачка!

    Однако Алексей нашел выход из ситуации. Он решил довериться судьбе и собственным инстинктам: спустился в метро, встал у того края платформы, где останавливается первый вагон, и стал ждать поезда. Идея была проста. Когда поезд выедет из тоннеля, Алексей закроет глаза и вслепую пойдет навстречу ему по той линии, что идет вдоль самого края платформы. Если суждено умереть, он сойдет с линии и упадет на рельсы под надвигающийся поезд. Если же суждено жить, инстинктивно свернет в сторону от края, так что поезд пройдет мимо.

    Вот и поезд. Алексей закрыл глаза и пошел. Шум поезда все ближе, ему было страшно, но он продолжал идти навстречу своей судьбе. В голове мелькала мысль, что почти наверняка инстинкт самосохранения убережет его от гибели, но ведь всякое может быть. Возможно, это последние секунды его жизни. Чернота. Он идет вперед с закрытыми глазами, рев поезда становится оглушительным, кажется, кто-то из немногочисленных пассажиров на платформе негромко вскрикнул. Он делает еще один шаг вперед и вдруг… Удар! Падение... Последняя мысль в голове: «Боже мой! Это все же случилось. Сейчас я умру».

    Потом как будто все стихло. Шума поезда уже не слышно, сильная головная боль показывает, что, кажется, он еще жив. Алексей робко открывает один глаз. Потом второй. И не понимает, где он находится. В этот момент откуда-то сбоку слышен металлический голос: «Осторожно, двери закрываются. Следующая станция…» Название станции не слышно, потому что закрываются двери вагона, и поезд с легким скрежетом трогается с места.

    Алексей поднимает голову, и понимает, что лежит на платформе. Он осторожно встает, смотрит по сторонам и наконец-то осознает, что произошло. В двух шагах от зловещей черной линии стоят ряды колонн, поддерживающих свод станции. Когда он шел с закрытыми глазами по линии, он так здорово с нее свернул, что со всего размаха врезался в одну из этих колонн.

    Оказалось, что Алексей на самом деле очень хотел жить, а его решение трагически погибнуть было лишь видимостью. Той самой видимостью, которую мы часто принимаем за чистую монету, за которую многие из нас ежедневно выкладывают круглые суммы, за которую мне платят клиенты-заказчики, которые хотят эту самую видимость продать...

    В тот давний вечер Алексей дал себе клятву, что больше никогда не будет пытаться кончить жизнь самоубийством. А я на следующий день после этого памятного разговора серьезно поговорил с лечащим врачом и выписался из Клиники неврозов.­
    ОБСУЖДЕНИЕ
    Комментарии остутствуют
    Сортировать:

    Транспорт Недвижимость Связь Торговля Власти Медицина Образование Работа
    Транспорт Недвижимость Связь Торговля Власти Медицина Образование Работа

     
    Подписка на rss Vkontakte Odnoklassniki Facebook Twitter Instagram YouTube
    175 209 - именно столько уникальных пользователей нас посетило за июль 2019 года.
    На основе Google Analytics*