Бобруйск, 1976. Как проходил школьный выпускной? С выносом знамени и поездкой в Ленинград!

Как изменились школьные выпускные в нашем городе за полвека? Для BOBR.BY свой фотоархив прокомментировал бобруйчанин Николай Лесковец, который в 1976 году снимал собственный выпускной в форштадской СШ №16.

Беседа получилась про Бобруйск и 70-е годы, про моду, идеологию и спорт.

Церковно-приходская школа

Мы были последним выпуском СШ №16 на ул. Клубной. Это было деревянное старое здание с фасадом на десяток окон. Оно было построено в начале прошлого века как церковно-приходская школа при Свято-Духовской церкви. Церковь стала кинотеатром «Луч», а школа осталась школой.

Школа была уютная, с отоплением от своей котельной. Имелись небольшая столовая и маленькая библиотека. Потолки – 4 метра высотой. Туалет, конечно, на улице. Спортзал был современного стандарта, наверное, его пристроили позже. В этом спортзале мы складывали парашюты, нам обещали, что в 10 классе будем прыгать. Потом это как-то отложилось. Но несколько моих одноклассниц лично добрались до аэроклуба и всё-таки добились этой возможности.

Наш выпуск был последним. Видимо, школа в этом месте стала не нужна, её упразднили. Здание занял ДОСААФ. Но за два года дом настолько обветшал, что оставалось его только снести. Сейчас церковь вернулась, а на месте снесённой школы — два частных дома.

Ученики

В нашем выпускном классе было 22 девочки и 8 парней. Учиться после восьмого класса оставались те, кто хотел получить высшее образование. Остальные, чтобы не терять время, шли в училище или техникум.

Считалось, что Бобруйск – еврейский город, но все еврейские дети учились в СШ №3. Учились, ясное дело, очень хорошо. Эта третья школа была притчей во языцех, даже когда шли военные сборы для бобруйских школьников в Дубовке. В нашу школу ходили дети из обычных семей. Только девочки из военного городка выделялись интеллигентностью. Что-то в них было такое, чего не было в нас.

У меня была фотокамера, подарок родителей. Вместе с одноклассниками мы сделали студию для проявки плёнок и фото. Иногда я брал аппарат на какие-то совместные вылазки в лес или в поездки. На природе мы играли в мяч, дурачились, смеялись. А выезды с классом у нас были в Гомель, например. А потом приносил стопку готовых фотографий в школу на раздачу. Урок срывался – все под партами рассматривали, выбирали свои фото.

Учителя

Наши учителя не только в совершенстве знали свои предметы, но и были настоящими педагогами. Видели способности учеников, давали знания, уникальные для школьного образования. Отдельно вспомнить хочется учителя белорусской литературы, по совместительству завуча Ефима Саламоновича Зеликмана.

Кабинеты физики, химии были оборудованы замечательно – там столько всего было! И наши учителя активно пользовались всеми этими пособиями. Наша классная Любовь Семеновна Пахомова увлекательно вела физику. Благодаря Людмиле Васильевне Новиковой я до сих пор могу назвать валентность любого элемента.

Столярные мастерские тоже были хорошо оснащены. Мне очень запомнился наш трудовик, ветеран войны. Он ещё был водителем школьного ГАЗ-51, на котором возили на сдачу металлолом, уголь для отопления. Этот учитель был настолько добрым, спокойным и терпимым... На место наглецов ставил без повышения голоса, без злобы.

Спорт и философия

Жизненная и карьерная траектория в те времена просматривались ясно. Если ты хорошо учился, то ты мог получить желаемое образование. Профессия определяла статус и достаток. В 1970-е годы работа мечты была – заведующий магазином. Но я хотел быть инженером. Выучился и реализовался в профессии. В общем, мои одноклассники тоже достигли поставленных целей.

Представления парней о крутости и мужественности формировали ковбойские фильмы с Гойко Митичем. Но настоящим образцом для меня был мой тренер по вольной борьбе, Афанасий Афанасьевич Галимский. Как дать образец поведения, если не на личном примере? Он знал, кто такой Конфуций. Я профессионалом не стал, но из-под руки этого тренера вышло много высококлассных спортсменов. Его ученики были своего рода братством.

Мне кажется, у нас было очень спортивное поколение. Все играли в футбол, волейбол, поголовно ездили на лыжах. Были популярны бокс, фехтование.

Знамя школы

Знамя принадлежало пионерской и комсомольской организациям школы. Его выносили из учительской на 1 мая, 1 сентября, 7 ноября, для церемонии принятия в пионеры. Мы были патриотичные ребята и любили торжественные мероприятия, когда весь город ходил к памятнику Ленину.

Мы не ожидали, что знамя вынесут и в день последнего звонка.

Наш директор, Николай Михайлович Щуревич, был бывшим армейским парторгом и настоящим коммунистом. К знамени он относился очень трепетно, а от нас, учеников, требовал дел и образцового поведения без скидок на возраст. Парней гонял за причёски – уши должны были быть открытыми. А это было совершенно невозможно! Но к занятию таких не допускали. Значки с латиницей или зарубежной символикой тоже были недопустимы. При этом клёши и мини-юбки почему-то гонениям не подвергались.

В 9 классе все юноши попадали на воинский учёт, в военкомате на Дзержинке. Там за причёску был возможен торг. Если парень хотел сохранить длину волос, то ему предлагали колоть дрова для военкомата. Часов на пять работы. Находились те, что кололи.

Шефы и подшефные

До 8 класса я учился в деревенской школе, с 6 класса мы перманентно убирали картошку. В городе школы закреплялись за предприятиями, в субботники мы что-то делали для наших шефов. Например, сдали для Бобруйского порта металлолом – а порт в благодарность за это устроил классу плавание на теплоходе по Березине.

По заданию обувной фабрики как-то раз мы трудились на подсобных работах при строительстве детсада на Парковой. В тот день на этой стройке было обнаружено захоронение с историческими артефактами. Но извлекали находку из земли не мы, нас отправили по домам.

Выпускной

На последний звонок выпускницы пришли в школьных платьях с белыми фартуками. А выпускники были в брюках и рубахах, потому что было жарко. Школьная форма для парней почему-то исчезла их обихода где-то в 1973 году. Она была бутылочно-зелёного цвета, недорогая благодаря госдотации и мне, в общем, нравилась.

Последний звонок проводился в каждой школе индивидуально, без репетиций. Мы подарили цветы учителям, приняли цветы от первоклашек и на этом всё.

Выпускной после экзаменов проходил в Доме офицеров Авиагородка. Встретились в 23.00, а к 3.00 пошли встречать рассвет. С нами были учителя и десяток родителей для порядка. Интересно, что алкоголь на столе был – шампанское и сухое вино. Старшие рассудили, что так будет лучше.

Прощайте, прощайте

В те времена выпускники всех школ шли на санаторский пляж. В то утро вышло солнце, пригрело. Расставались мы без печали – ведь впереди была поездка в Ленинград на три дня всем классом. Я остался под огромным впечатлением от этого города, в особенности от Петергофа и Эрмитажа. После поездки прощание вышло и правда грустным.

За прошедшие годы свой класс в более или менее полном составе я видел два раза. С годами у меня меняется отношение к школе, классу, учителям. Найти своё место в обществе, проявить индивидуальность и не оттоптать при этом ног окружающим так непросто... Когда смотрю на эти старые фото, то смеюсь над собой. Чувствую благодарность к своим одноклассникам. И лучше понимаю тех, кто нас учил и воспитывал. Если можно было бы выбирать, то и сейчас я выбрал бы ту самую школу.