Территория опасности

Вход в леса по–прежнему запрещен. Ограничения сняты лишь в отдельных районах страны. Но они — исключение из жесткого правила. Бушующие в разных областях лесные пожары перевели в состояние боевой готовности, на круглосуточный режим работы, лесников и спасателей. Тяжелее всего последствия стихии переживают южные регионы, откуда корреспонденты «СБ» и передают свой репортаж. 60–летие лесник Милошевичского лесхоза Леонид Борисовец отметил на работе. С ранцем с водой за плечами и лопатой в руках. На юге нашей страны нынче — как на фронте. Все силы задействованы на тушении лесных пожаров. Свой пламенный привет передала погода. Дождя в отдельных деревнях Лельчицкого района не было более года — дольше, чем в самом засушливом месте планеты чилийской пустыне Атакама. Засуха лучше всякого опытного мелиоратора враз осушила болота. Шутка ли, на Полесье даже пропали комары! Что уж говорить об исчезнувшей в колодцах воде, обмелевших реках, погибшем урожаем, высохших черничниках и выгоревших участках леса...

* * *

Лес перед нами — как на черно–белой фотографии. На некоторых деревьях — ни ветки. Вместо земли — зола. Выжженную в буквальном смысле территорию от той, которая от пожара не пострадала вообще, отделяет полутораметровая, прорытая до самого песка, защитная полоса. Сверху кажется: на зеленое одеяло поставили темную заплатку. Черным днем для Милошевичского лесхоза выдалась — нет, не пятница — суббота, 13–е. Камеры видеонаблюдения в половине третьего дня зафиксировали: над лесом резко поднялся черный столб дыма. — Пожар разгорелся моментально. Начался на краю болота, где росли камыши, местами выше человеческого роста, ива, а по краям береза. Перед этим прошла сухая гроза. Видимо, она и спровоцировала. Дело в том, что люди туда не ходят: там никто не косит, ягод и грибов нет, охоты тоже, место находится в пограничной полосе, — рассказывает о перипетиях того дня директор лесхоза Вячеслав Берусь. Остановить пожар в лесу может противопожарная траншея. Буквально за полчаса пожар перерос в верховой. Пламя с камыша перекинулось на макушки деревьев. Гул стоял, будто реактивный самолет летел. Слышно было за полтора–два километра. Зайцы, вспоминает лесничий Боровского лесничества Сергей Кудласевич, бежали стаями. Уже спустя считанные мгновения на борьбу с огнем выдвинулись люди и техника: лесхоза и РОЧС. Деревня Тартак скрылась в дыму. Остановить огонь в теории должен был заранее опаханный противопожарный разрыв. Увы... Для борьбы с пожарами привлекают тяжелую технику. — Поступил сигнал, что пожар уже за спинами. Оторванные огнем ветки становились горящими факелами, которые неслись на расстояние до 500 метров. Была дана команда покинуть фронт — люди ушли на фланги, — эмоционален Вячеслав Берусь. — Одновременно просили помощи у соседних лесхозов. К десяти вечера на месте ЧП работали 152 человека. К этому времени огонь остановили. Было решено выпускать его к реке — в место наименьшей опасности...

* * *

— Не уследили, Вячеслав Григорьевич? — спрашиваю. Директор Берусь в ответ приводит меткое сравнение: борьба с лесными пожарами — это деревянная бочка (я бы добавил: пороховая), состоящая из множества досточек. Если одна из них меньше остальных, то как бы ни старался, образно говоря, воды выше этого уровня не нальешь. — Первая досточка — это природные условия. Вторая — наличие людей. Думаю, именно она у нас длиннее всего. Третья — техника. Четвертая — запасы топлива. Пятая — сознательность граждан... — А они сознательны? — Эта досточка короче остальных. Возможно, она даже подгнила, в ней появились дыры. Я вот сейчас задумался: а не спровоцировала ли этот пожар несознательность наших пчеловодов? На том болоте видели борть. Может, кто–то запалил «дымар»? В моей практике лес загорался от банки с березовым соком. Стекло сфокусировало. Так мы тогда этим соком и тушили. Работа лесника в горячий период – круглосуточная. Об арсенале лесных спасателей говорим отдельно. Трактор с плугом для прокладки противопожарных траншей — минерализованных полос. Осенью и весной, кроме того, техника работает на профилактику — распахивает опасные участки, лесные культуры... Ранец — лесной огнетушитель, рассчитанный на 20 литров воды. Острые, как топор, лопаты, при помощи которых можно не только засыпать пламя, но и одним махом рубить ветки. Спички, чтобы пустить встречный огонь. Этими подручными средствами, кажется, возгорания тушили еще наши деды. Из новинок — мотопомпы очень высокого давления. Мобильные и экономные. Становятся на любое шасси, помещаются даже в багажнике легковой машины и расходуют всего лишь до 250 литров воды за два часа. Струя, будто керхер, способна почистить рыбу. Понятное дело, языки пламени перед ней также не устоят. — На верховом пожаре возле деревни Тартак работали и три машины МЧС. В том числе 10–тонная цистерна тяжелого класса. Чем она в данном случае была хороша? С водозаборами — также из–за засухи — нынче большая проблема. Поэтому для подпитки автоцистерн лесного хозяйства и ранцев лесников она незаменима. Увы, в лес такую технику не загонишь. Слишком длинная и неповоротливая, — добавляет начальник Лельчицкого РОЧС Сергей Маркевич. — В лесу больше всего себя оправдывают машины высокой проходимости, при помощи которых можно и завалы разбирать. Реки на Полесье настолько обмелели, что Уборть кое-где можно перейти вброд. В ликвидации крупнейшего пожара в соседнем — Полесском — лесхозе тем временем помогал болотоход, на время одолженный у Мозырских электросетей. Топтал болота и в буквальном смысле добывал воду. Мерлинский полигон тушили всем миром неспроста. При наихудшем развитии ситуации пожар грозил вырваться в Лельчицкий район — на площадь в 21 тысячу гектаров. Половина района, говорит Сергей Маркевич, могла выгореть. В арсенале лесных спасателей – наполненный водой ранец. — В двух местах при помощи противопожарных разрывов защититься было невозможно. Сплошные болота! Если бы огонь туда пробрался, проконтролировать его мы бы уже не смогли. Место называется Топиловка. Оно и зимой не замерзает. Там даже лоси не ходят...

* * *

Нынче ситуация в лельчицких лесах, тьфу–тьфу, не критическая. В кои–то веки сотрудникам лесхоза удалось поспать. Впрочем, внутреннее распоряжение обязывает: в районах, где установлен пятый класс пожарной опасности, должны быть прекращены все работы по лесозаготовке. Силы необходимо сконцентрировать на патрулировании лесного фонда, бесперебойном круглосуточном видеонаблюдении. За обстановкой день и ночь неустанно наблюдают установленные на высоте подвижные камеры. За монитор вместе с Вячеславом Берусем садимся и мы. — Белый дым, Вячеслав Григорьевич... — Доложите координаты, товарищ дежурный. На экране отображается азимут. Однако чтобы определить, где именно горит, только этих данных недостаточно. Как минимум нужно созвониться с соседним наблюдательным постом. Сверяемся с картой. Точка пересечения двух прямых и есть очаг возгорания. Вячеслав Берусь обращает внимание: даже дым со стороны Украины — повод мобилизоваться. — Связь с соседями есть, но трубку поднимают они далеко не всегда. В любом случае мы будем просматривать возможные пути подхода пожара. Года три назад прокладывать опорную полосу пришлось прямо по границе, а параллельно согласовывать въезд на территории Украины: из–за непроходимых болот соседи не могли оперативно подтянуться. Бывало, тушили их мелкие пожары. Потому что иначе он может прийти к нам большим фронтом. — В воскресенье, 14 июня, район застелила огромная туча. А одновременно с этим поступил сигнал, что со стороны Украины к границам Лельчицкого лесхоза идет очень сильный верховой пожар. В километре от него стоял коллега Вячеслава Григорьевича Николай Васильевич и нервно докуривал сигарету. Говорит, не поверишь, когда оставалось триста метров до госграницы, хлынул дождь и сбил пламя... Чудо, — добавляет Сергей Маркевич. ...Дождь тем временем прошел и в Лельчицах. Но Милошевичи и окрестности так и остались пустыней Атакамой. Здесь по–прежнему ждут милости от природы. Справиться с одной стихией на территории засухи может только другая стихия.

Компетентно

Николай Юревич, начальник управления лесного хозяйства Министерства лесного хозяйства: — С начала года в стране зафиксировано 395 лесных пожаров. Огонь прошелся по территории около 1.800 гектаров. Хотя говорить о том, что именно на этой площади выгорел лес, не совсем корректно. Кое–где ущерба лесному хозяйству пожары не принесли. Во сколько обойдется борьба с последствиями, пока сказать сложно. Но в любом случае в эту сумму будут включены затраты на тушение, разрубку территории, лесовосстановление. Сейчас рассматривается вариант привлечения кредитов Всемирного банка, в том числе для приобретения пожарных машин, что позволит усилить нашу и без того неплохую оснащенность. Пока же плотно взаимодействуем с МЧС, в частности, на помощь привлекаем авиацию. Как правило, для мониторинга обстановки. А порой и для ликвидации возгораний. Например, в Ельском и Лельчицком районах.

Виталий Новицкий, пресс–секретарь Министерства по чрезвычайным ситуациям: — Существующая сегодня система предполагает возмещение представителями лесного хозяйства в бюджет средств, потраченных на ликвидацию лесных пожаров. Такая схема стимулирует лесхозы более активно заниматься профилактическими мероприятиями. Она уже доказала свою эффективность — нынче в основном горят даже не труднодоступные, а фактически недоступные участки. Поэтому считаем, что возмещать затраты на тушение огня должны все собственники земель, допустившие возгорания на своей территории.

Прямая речь

Михаил Комок, председатель Лельчицкого райисполкома: — Площадь района — 322 тысячи га. Из них только 44 тысячи — пашни. Остальное — леса и болота. Протяженность государственной границы с Украиной составляет около 155 километров. Определенная часть пожаров приходит именно оттуда. При сильнейшем возгорании 22 мая сгорело 200 гектаров леса. Убытки и затраты еще не подсчитывали. Но понимаем: цифры будут огромнейшими. Миллиарды! Топливо, круглосуточная работа людей, привлечение с учетом наличия труднодоступных мест, подъездов к которым фактически нет, авиации. Наш выход в том, что сгоревший лес в течение месяца–двух можно продать как деловую древесину. Иначе он будет преть на корню и потеряет свои качества. Поставлена задача: максимально привлечь заготовителей.

А как у них

В Финляндии, стране, где леса занимают три четверти территории, проблемы лесных пожаров не существует. «Прежде всего, там очень хорошо развита сеть лесных дорог и до любого очага можно добраться на обычной пожарной машине, — рассказывает начальник управления лесного хозяйства Министерства лесного хозяйства Николай Юревич. — Второе, культура населения гораздо выше. Мусорить в лесу там не принято. Вероятности возникновения лесного пожара от окурка или брошенной спички фактически нет. Кроме того, борьбой с лесными пожарами там занимается специализированная служба. Леса — частные, поэтому пожарную безопасность обеспечивают и сами собственники».