После своего режиссерского и сценарного дебюта, камерной драмы «Незнакомая дочь», актриса Мэгги Джилленхол взялась за мультижанровый блокбастер. Она вдохновилась фильмом «Невеста Франкенштейна» 1935 года, где у Монстра появляется возлюбленная. Но ненадолго: после отказа Невесты герой убивает себя вместе с ней. Идея оживления женщины, чтобы та просто составила пару мужчине, сегодня вновь выглядит особенно многогранной для интерпретаций. Джилленхол решает дать Невесте голос и посвятить ей полноценную историю.

Картина неожиданно открывается черно-белым изображением создательницы «Франкенштейна, или Современного Прометея» Мэри Шелли. Та хочет рассказать новую историю и потому стремится завладеть живым телом. Выбор падает на Иду — девушку, сопровождающую гангстеров в разгар 30-х в Чикаго. Бедняжка пытается совладать с внезапно начавшимся раздвоением личности, переключаясь между американским акцентом и английским XIX века. Не успевает пройти и десяти минут, как Ида падает с лестницы и умирает.

Параллельно мы знакомимся с Монстром Франкенштейна, или попросту Фрэнком. Он влюблен в кинематограф, где популярные мюзиклы целиком захвачены альтернативным Фредом Астером — братом постановщицы Джейком Джилленхолом. Ежедневно наблюдая за его танцами с пассиями, Фрэнк все сильнее мечтает о том, чтобы самому испытать такие чувства. Покрытый шрамами и заштопанный мужчина отправляется к доктору с просьбой достать из могилы кого-нибудь симпатичного. Выбор падает на Иду, которая после воскрешения по кусочкам собирает свое прошлое, продолжая слышать Мэри Шелли в своей голове.

Невеста и Фрэнк постепенно притираются друг к другу, вместе посещая кинотеатры и клубы, и все идет неплохо, пока компания мужчин не начинает приставать к Невесте, за что Фрэнк заслуженно дает им отпор. После этого герои пускаются в бега в духе «Бонни и Клайда», «Сида и Нэнси», «Прирожденных убийц» и «Тельмы и Луизы». Нуарная атмосфера перекликается с клубными софитами, классическая детективная линия — с танцевальными номерами. Грим и костюмы героев выразительны, но внешность Фрэнка не может похвастаться экспериментальностью, а переосмысление образа Невесты из оригинальной картины выглядит гораздо наряднее в условной «Круэлле». Феминистский сценарий против мужского угнетения на удивление не прописывает диалогов между женскими персонажами, заставляя скучать даже по «Хищным птицам», а сила героини несравненно проигрывает недавнему переосмыслению истории Невесты в «Бедных-несчастных». Сумбурное повествование словно осознает свою хаотичность и начинает побуквенно объяснять революционное воздействие Невесты на жительниц Чикаго, повторяя сцены из «Джокера» (у фильма даже те же оператор и композиторка). Перечисление запланированных и незапланированных отсылок фильма можно продолжать бесконечно, из-за чего иначе, как монстром Франкенштейна, его назвать невозможно.

Находящийся в непрерывной трансформации Кристиан Бэйл — прекрасный выбор на роль Монстра, но даже он довольно безличен (что в целом не противоречит задумке картины) по сравнению с яростной Джесси Бакли. Изумительная актриса, главная фаворитка грядущего «Оскара». Ее ограниченное в эмоциях выступление в адаптированном сценарии «Хамнета», лишившего ее героиню многогранности, уступает неудержимой силе в «Невесте!».           

Хоть второй проект Мэгги Джилленхол разваливается под тяжестью собственных идей, исключительно ругать постановщицу не хочется. В голливудской патриархальной машине она пробует создавать оригинальное кино, которым искренне горит и она, и ее близкие. Выйдя в Международный день борьбы за права женщин, «Невеста!» не успевает угнаться за меняющимся миром и подарить зрительницам своевременный, актуальный подарок. Но вкус Джилленхол оставляет надежду, что такой может стать ее следующая работа.

«Человек должен быть всегда влюблен. Вот почему никогда не следует жениться», — открывающая фильм цитата Оскара Уайльда о разрушительном влиянии брака на любовь сразу задает тон «Приглашению». Премьера третьей полнометражной картины Оливии Уайлд стала одним из главных событий фестиваля «Сандэнс», а студия A24 практически сразу выкупила права на прокат. Напряжение, сосредоточенное в одной квартире, нарастает здесь сильнее, чем в кипящей кастрюле с закрытой крышкой. Будто на античной сцене, актеры разыгрывают пьесу, полную актуального юмора, эмоциональных катарсисов и перипетий.

В один, казалось бы, обычный вечер Анжела (Оливия Уайлд) — тревожная и суетливая по своей натуре — приглашает соседей сверху, Пину (Пенелопа Круc) и Хоука (Эдвард Нортон), на вечерние посиделки. Этой новости совершенно не рад ее ворчливый супруг Джо (Сет Роген), только что вернувшийся домой на складном велосипеде с нелюбимой работы в маленькой музыкальной консерватории. После словесно изощренных споров хозяевам все же приходится принять гостей — тех самых, которые по ночам слишком громко и страстно выражают свою любовь. На фоне зажатых и внутренне несчастных супругов приглашенная пара оказывается неожиданно либеральной в своих взглядах и привычках. Несколько косяков, бутылка вина и шоты текилы быстро разгоняют вечер, превращая его из неловкого испытания в насыщенный и в каком-то смысле освобождающий опыт.

«Приглашение» — ремейк испанского фильма 2020 года «Соседи сверху», забавного, но менее выразительного с точки зрения подачи. Сценаристы адаптации — Рашида Джонс («Парки и зоны отдыха») и Уилл МакКормак — сохраняют каркас оригинала, усиливая его за счет более четко прописанных индивидуальных особенностей героев. Судя по пресс-интервью, значительная часть сцен и диалогов рождалась в процессе живой коллаборации между актерами и режиссеркой. Такой почти театральный подход делает фильм по-настоящему живым и пульсирующим: реплики отскакивают друг от друга, накладываются и переплетаются, превращаясь в узнаваемый разговор, над которым хочется одновременно смеяться и плакать — ведь любовные отношения и супружество никогда не бывают простыми.

Несмотря на комедийный жанр, фильм выстраивается как древнегреческая трагедия, перенесенная в квартиру современного Сан-Франциско. Открытая планировка не оставляет героям пространства для уединения и напоминает сцену амфитеатра. Персонажей часто разводят по разные стороны широких проемов, фиксируя в конфликтующих позициях. Бытовые споры разворачиваются под помпезный оркестровый саундтрек, придающий происходящему возвышенный масштаб. Пастельная палитра — белые и голубые оттенки интерьера и гардероба Анжелы и Джо — резко контрастирует с почти полностью черной одеждой Пины и Хоука, выглядящих как «демоны», вторгшиеся в пространство, чтобы разрушить иллюзии хозяев о благополучии их брака.

Дифирамбы хочется петь каждому актеру. Колкости неудавшегося музыканта Джо в исполнении Сета Рогена остры, как кинжалы, а Хоук Эдварда Нортона отвечает на них наивной, почти обезоруживающей невозмутимостью, лишь сильнее провоцируя оппонента. Пенелопа Крус с легкостью играет самодостаточного сексолога Пину — свободную, уверенную и не стесняющуюся табуированных тем. Особого внимания заслуживает и Анжела Оливии Уайлд: ее плетеная коса, уложенная вокруг головы, отсылает к иконографии древнегреческих богинь, но одновременно подчеркивает внутреннюю зажатость героини. На протяжении всего фильма возникает почти физическое желание распустить эту прическу и дать Анжеле хоть немного расслабиться — настолько точно Уайлд передает ее накопленное напряжение. Вместе с Рогеном она мастерски показывает, как герои компенсируют недостаток внимания друг от друга, пытаясь заполнить пустоту за счет соседей.

После того как Пина и Хоук выносят на стол предложение о совместном сексуальном опыте всей четверки, разговоры переходят от теории к практике — впрочем, фильм сознательно избегает шокирующих откровений, да и, разумеется, все идет не по плану. Финал вечера, как и самого фильма, наступает стремительно и чуть скомканно, оставляя героев в состоянии мудрого просветления с оттенком глубокой грусти. Будущее остается открытым, но зрителю предлагается пусть хрупкая, зато искренняя надежда.

«Приглашение» — одна из самых заметных комедий 2026 года и моментальный фаворит, в который трудно не влюбиться. Тем не менее зрители, знакомые с оригиналом «Соседи сверху», могут испытать меньшее чувство новизны: при всей тщательной переработке ключевые драматургические ходы остаются узнаваемыми, а эффект неожиданности — сниженным. Для максимального удовольствия испанскую версию лучше отложить на потом.